Доставка
Осуществляется при помощи курьерской службы СДЭК возможна доставка до порога или до офиса службы СДЭК. Также мы отправляем почтовой службой EMS.
Оплата
Мы предлагаем вам два варианта оплаты:

  1. Оплата картой на сайте (приоритетное обслуживание и экономия на доставке)

  2. Наложенный платеж (происходит при получении, но транспортные службы взимают доп.оплату за эту функцию)
Искандер Ядгаров
Большое интервью.
Часть 1: с чего все начиналось.
Личные рекорды Искандера на 2017 год:

1000m — 2:25.9

3000m — 8:07.29

10km (шоссе) — 29:14

Полумарафон — 1:04:10

С самого начала у этого интервью не было задачи узнать и раскрыть какой-то большой беговой секрет или выпросить совет для начинающих. Мы хотели рассказать именно историю человека, которому удается показывать великолепные результаты не только в спорте, но и остальных сферах жизни. Это история о балансе, который всем так необходим.

Один из главных вопросов, который интересует большинство твоих подписчиков в соц. сетях: ты профессионал или любитель? До сих пор до конца не очень понятно, как ты сам считаешь.

Я себя считаю профессионалом. У меня тут однозначная позиция. Вот есть разные способы разделения на профессионалов и любителей, например, по способу основного заработка, или по тому, сколько человек уделяет времени спорту, или по тому, какие результаты он демонстрирует. Можно делить по таким принципам, и это все, конечно, круто, но не то. Самый правильный способ — делить по психологии, по отношению.

Подробнее…

Что вот для меня значит «профессионал своего дела»? Это человек, который мастерски делает своё дело. А это выражается, в первую очередь, в отношении к делу, в подходе к этому делу, в философии, если хочешь. А любитель — это как хобби для него, скорее. Для меня бег уже давно не хобби.

Ты не рассматривал вариант переезда в Америку? Там же проще зарабатывать на беге.

Ну, дело в том, что очень тяжело уехать в другую страну.

Почему? У тебя же есть хорошая возможность получить визу.

Я настолько удобно сижу, что мне не хочется двигаться.

И с твоей профессией [программиста] там же очень легко найти работу.

Я знаю. Мне даже говорили: «Тебе классно было бы удаленно работать, можно было бы больше времени бегу посвящать». Это тоже. Но как-то я пока в такой зоне комфорта, что начну задумываться о переменах, когда замечу, что мои дни становятся похожи на «День сурка». Пока такого нет. Пока я вижу, что предыдущий год отличается от текущего. Вижу прогресс. И понимаю, что можно пока особо ничего не менять. Может быть, это и не лучшая политика. Вот если б я понял, что все, уперся, тогда и стоило бы, наверное, задуматься. Переезд в другую страну — не знаю. Мне и тут достаточно хорошо. Я не верю, что, как многие считают, где-нибудь в Европе супер-классно. Там, конечно, уровень у людей совсем другой, но там хватает сложностей. Поэтому нет, не готов, наверное, переезжать.

С чего вообще все началось? Родители отдавали тебя в детстве в какие-то секции?

Я же рос в деревне. Там, конечно, были секции, были и спортивные, но у меня папа очень хотел, чтоб я учился. Сам он разочаровался в спорте.
Почему разочаровался?

Он был профессиональным бегуном, но очень короткий промежуток времени. И из-за бега он то ли не поступил в тот университет, в который хотел, то ли… Я подробно его не расспрашивал на эту тему, потому что, может, больная тема, может, мне самому не хотелось спрашивать. Не знаю. Отец закончил педагогический институт и работал учителем физкультуры в школе. Там он старался уберечь меня от большого спорта. Сам я в детстве был очень хилым. Даже сейчас видно, что я физически не такой сильный, а тогда вообще был дохлый, куда мне спорт, я ничего толком не умел делать. А вот учиться — да, получалось неплохо.

Ты кроме школы больше ничем не занимался?

Зато у меня было детство. Оно совпало с годами, когда наш посёлок только-только отстраивался.


А как деревня называлась?

Габишево.

Далеко от Казани?

Километров 30. Так вот, детством был период, когда полпоселка состояло из недостроенных домов, и ты с друзьями бегаешь там и постоянно что-нибудь придумываешь. Мы облазили все, что можно.

Родители не загоняли за книги?

Нет. Я сам как-то этому удивлен, потому что многие дети попортились. Обычно в деревнях и прочих населенных пунктах, далёких от города, родители заняты заработком и недостаточно времени уделяют воспитанию детей. Но моим как-то удалось проследить за мной. У меня ведь ещё был старший брат, он тоже занимался моим воспитанием.

А сколько детей в семье?

Трое, я средний. Наверное, мне самому было интересно в тот период учиться. Поэтому и не приходилось особо меня заставлять. Да я и в классе был один из лучших. Отличник, делал все уроки и читал всё, что задавали. На литературе, в основном, я отвечал. Кто прочитал? Только я руку тянул.

До какого класса был отличником?

Пока не переехал в лицей (смеется). В 7-м классе поступил в казанский лицей-интернат. Туда по конкурсу отбирали типа умных ребят со всего Татарстана. Приезжали и из более далеких мест.

С математическим уклоном?

Это татарско-турецкий лицей-интернат. Там разные уклоны были. У нас преподавали турки, сначала усиленно учили английский весь 7 класс, потом с 8-го класса на английском преподавали.
А турецкий?

И турецкий учили. Я знаю турецкий. И вот там я первый год троечником был. Это если в старой школе ты приходишь, спрашивают, кто прочитал это произведение, ты один руку поднимаешь, выходишь спокойно, рассказываешь, получаешь пятерку. И по математике, например, так же. А в лицей ты первые полгода приходишь, спрашивают пример и весь класс поднимает руку. Но знаешь, что интересно? Я не знаю, такой закон, может, есть, я бы его назвал «закон социального баланса», уже не первый раз это замечаю, когда в каком-то месте собирается общество умных, физически сильных или каких-то крутых ребят, отобранных специально, стоит пройти какому-то времени и они относительно выравниваются. Появляются лидеры, появляются середнячки и появляются аутсайдеры.

Ты в какой сегмент себя относил, если честно?

Я точно выше среднего был. Были ребята умнее меня. Сначала было тяжело, я был откровенно в заднице. Были и жутко талантливые ребята, но кто-то скатился из-за своей лени, у кого-то не поперло, большинство просто сдались. Но изначально все были очень умные. Приехали отличники с разных школ. А потом эта борьба, конкуренция, кто-то ломается, кто-то сдается. И проходит год, часть людей выбиваются в лидеры, часть понимают, что они средненькие, а остальные осознают, что ловить им уже нечего и сдаются в какой момент. А когда кто-то сдается, то он спокойно принимает роль троечника, например, и даже не пытается что-то исправить. Взять вот спорт – там тот же принцип: из сильной группы выбиваются лишь единицы. И в универе было то же самое. Там тоже со всей России в МГУ поступили сильные ребята. Проходит год и снова происходит выравнивание. Но там, конечно, еще жестче все было.

В лицее был дружный класс?

Конечно, это же был мужской лицей. Жили всю неделю в интернате. А на выходные я приезжал к родителям. Это был первый стресс для мамы, когда я решил уехать туда учиться.

А кем мама работала?

Медсестра в поликлинике.

Значит, отец работал учителем физкультуры, а мама была медсестрой...

Да, причём в первой школе, физкультуру у меня вел отец. Есть забавная история. Я любил зимой бегать на лыжах классически. У нас лес рядом был. В зимние каникулы я каждый день ходил на лыжах. Просто гонял, почему-то нравилось. Бывало даже по два раза за день. Потом началась учеба, первый урок физ-ры, где я всех по лыжам уделал. А там как раз через неделю районные соревнования. Ребята поехали, а я нет. Команду собирал мой папа и меня в нее не взял. Чтобы я учился.

Ты обижался?

Конечно (смеется). Ну, что поделать, у папы такие радикальные методы были. В принципе, он добился своего. Я доволен тем, как сложилась жизнь. Сейчас я не обижен. Можно было и не так радикально, наверное, можно было все-таки побольше спортивной свободы мне дать, но ладно, хоть так, но он дал мне нужное воспитание. Я доволен, что не пошел по наклонной дороге. А ещё можно в детстве так увлечься спортом, что забить на все. А потом осознать, что времени уже не вернуть.
Я подумал: «Блин, программирование, по ходу дела, престижно». Мне дядя посоветовал. Он сказал, что будущее за программистами. И я такой: «Все, понял. Ни слова больше».
Многие из твоей старой школы пошли по этой наклонной дороге?

Конечно, такие были. Вообще, зачастую уже в детстве видно, кто по ней пойдет. Очень мало хулиганов – вообще единицы – как-то выровнялись. Либо им попались нужные люди в нужный момент, либо еще что-то. Несколько человек я знаю, которые, будучи тяжелыми детьми со скверным характером, как-то в люди выбились и стали адекватными хорошими людьми. Но большая часть из хулиганов и двоечников, которые там были, за ними, как правило, родители не особо следили, потому что тоже были заняты работой, вот они закончили плохо. Кто-то уже погиб, кто-то отсидел, кто-то еще сидит. Поэтому это большая проблема. Я не так давно задумался, что это ведь всего лишь моя деревня, а таких в России куча. А что надо, чтоб этих детей вытащить из вот этого? Это же вовремя нужно указать путь. Некому им было показать нужную дорогу. У нас ведь со временем все секции сдохли, потому что некому было этим заниматься. Я думаю, им просто нечем было себя занять и все. Вот это и причина. Видел, как спорт многих спасал. Хоть и хулиганы, но они были неплохи в спорте и из-за того, что вовремя зацепились, это выгорело.

Ты как поступал в университет? Сдавал обычный экзамен?

Нет, мне повезло, это был единственный год, когда в МГУ принимали по ЕГЭ. Я занимался физикой долгое время, поэтому мне хватило баллов для поступления.

С репетитором?

Нет, олимпиадно. У нас в лицее обязательно каждому нужно было определиться к 8-му классу с предметом, которым ты хочешь профессионально, скажем так, заниматься и выступать на школьных олимпиадах. Я долго не мог выбрать, пробовал разные, но вроде за физику зацепился и физика пошла.

А как на олимпиадах у тебя было?

На республике 3-й.

Это круто, сильно.
Ну, да, достижение, конечно. Но выше я не забирался. Зато эта физика мне жену нашла.

Тааак…

Вот надо начать с физики тогда. Потому что этой физикой я увлекся, с помощью нее начал ездить с 8-го класса в летнюю многопредметную школу в Киров. Туда приезжали сильнейшие математики, химики, биологи, физики со всей России. Такой летний лагерь, месяц в лесу проходит. И там еще дополнительно учатся. Я несколько лет туда ездил. И вот на третьей поездке я познакомился со своей будущей женой. А с помощью нее [физики] я ЕГЭ на 96 баллов написал. И думал поступать в Казань, потому что второго стресса мама бы не пережила. Хотя хотел ехать в Москву, отчасти потому что моя девушка там поступала в МФТИ, а как это я в Казани буду, а она здесь?

А сколько лет вы уже встречались?

Только год еще. Близко познакомились в очередной летней поездке в лагерь после 10-го класса. А она из Ульяновска, и мы год не виделись еще, просто переписывались. И вот с поступлением в Москву возникли сложности, практически все родственники были против: «Ты должен в Казани остаться, тут все свои, что ты там в Москве один будешь делать?». Я им, конечно, не говорил про девушку, меня бы тем более не отпустили, если бы узнали, что у меня русская девушка. У нас же в роду все татары (смеется). Я уже смирился, но уговорил родителей: «Давайте только в Бауманку попробуем на информационную безопасность?». Решили, что это престижно. Я не умел «прогать» до этого времени. Вообще ничего не знал.

А на что ты еще подавал?

На информационную безопасность, а так… Я в итоге везде на программирование подал в Казани. Туда запросто поступил, там конкурс не такой большой.

А до этого хоть как-то интересовался этим?

Нет. Я подумал: «Блин, программирование, по ходу дела, престижно». Мне дядя посоветовал. Он сказал, что будущее за программистами. И я такой: «Все, понял. Ни слова больше». Поэтому везде в Казани подался и запросто поступил. А потом подумал, что в Бауманку классно же. Тогда поехали туда, у меня друг тоже поехал на машине. Подались. И был свободный день еще, я подумал, схожу в МГУ, посмотрю просто, прикольно, МГУ никогда не видел. Зашел и там же подал документы просто так. Вернулись домой, в Бауманку я не прошел, потому что всякие олимпиадники в приоритете были, льготники и те, которые внутренние олимпиады в самой Бауманке писали. Зато второй волной или третьей прошел в МГУ. Подумали, подумали, и, блин, почему бы и нет? Но тоже родителям было тяжело меня туда опустить.

Ругались?

Нет, не ругались. Я удивлен был. Вот сейчас особенно удивительно: сын поступил в МГУ, а они еще думали пускать или не пускать. Но маме, конечно, этого не хотелось. Не знаю насчет папы, но вроде он проще к этому отнесся. Там просто военная кафедра была, в отличие от казанского университета. Он был за то, чтоб я учился в Москве. Это был скорее стресс для мамы. Второй, после лицея. И третий был стресс, когда я русскую девушку привел домой (смеется). Четвертый — когда я в Кению отправился.
Переезд в другую страну — не знаю. Мне и тут достаточно хорошо. Я не верю, что, как многие считают, где-нибудь в Европе супер-классно.
Другой вопрос — сколько же их еще будет?

Когда черного ребенка привезу (смеется).

Ты переехал в общежитие. С тараканами, наверное, со всеми его прелестями.

Фу, блин, ужасные времена. Вообще не хочу вспоминать.

А в сумме сколько ты в общаге прожил?

Пять лет все. Она менялась, условия с каждым разом все улучшались, но какие ужасные они были, где первокурсники живут… Это не в самом МГУ. В главном здании МГУ живут с четвертого курса.

Сколько вас человек в комнате было?

Четверо. Первый год это был вообще кошмар. Я сейчас с таким ужасом вспоминаю. Но пережил, ладно, в спартанских условиях.

Было такое, что хотелось все бросить? Другой город же, огромный, все иное. Был ли страх?

Страх был, за счет страха я и вырулил в самые тяжелые первые 2 года, когда весь страх был в том, чтоб не вылететь из этого универа. Потому что туда поступало 400 человек и за первый год сотню отчисляли. Была цель не попасть эту сотню (смеется). Вот это был главный страх. И, видимо, меня так воспитали, не знаю, бошку не сносило почему-то. К счастью. И вообще вот это очень сильно меня спасает во всей жизни, что я пофигистичен к тусовкам.

Студенческая жизнь…

Я никогда не пил, не пью и никогда так не тусовался. И мне вообще на это пофиг.

Но кроме алкоголя же есть еще всякие мероприятия.

Ну, они уже попроще так-то. Без алкоголя, на самом деле, не так все весело, как я понимаю. Я бывал с ребятами на тусовках, где пьют. Там действительно скучно, если ты не пьешь, поэтому я эти тусовки не люблю. И это меня спасало от всего. Многие тусили, многие неудачно заканчивали в итоге из-за этого. В спорте тоже многие свой талант гробят, будучи в Кисловодске, например, они вместо того, чтобы тренироваться, тусят много. Короче, все, что сносит бошку — ужасно. У меня была защита от этого почему-то. Откуда-то она была. С детства мне заложили ее.

Это относится к религии или обычное строгое воспитание?

Религия тоже играла роль, но прежде всего это просто отношение общее. Религия, конечно, да.

Чтобы окончательно понять, ты к алкоголю относишься как к какому-то злу, к которому нельзя даже прикасаться, или осознаешь, что это просто не твое?

Не мое. Наверное, в разный период времени у меня разное отношение бывало. Никогда не было положительного, но были периоды, когда я вообще это считал настолько ужасным, что люди, которые пьют, — плохие. Сейчас я намного толерантнее.

Но соблазна никогда…

Нет, вообще. Вот удивительно, ни разу не было соблазна выпить. Вообще ни разу. Я вполне спокойно отношусь к тем, кто пьет, их право. Хотят — пусть пьют. Но просто сейчас у меня такое отношение, что это не мое и все.

Заменил все это бегом?

Ну, возможно, частично да. Мне повезло, что с первого курса я большую часть времени стал бегу уделять.

Ну, это же началось не так, что ты решил: "пойду-ка я побегаю"…

Да, я сам не знаю. Откуда-то у меня сидела эта любовь к бегу.

До этого ты не бегал?

Сложно сказать, возможно, у меня в голове просто не отложилось.

Систематически, в этом смысле.

Да, так я не бегал. Но как-то лежала душа к этому все равно.

И куда побежал на первой тренировке?

Это не так было. Я отобрался в секцию легкой атлетике. В универах же делят по разным типам. И препод сразу дал нам бежать километр. А мне лишь бы посоревноваться. Я поставил цель: сейчас надеру всех. И прибежал вторым. Подумал, офигеть, уже хотя бы на физ-ре почти всех уделал, сейчас можно попробовать на курсе стать лучшим.

А тот, кто прибежал первым тогда…

Мы с ним вместе в секцию ходили.

Сейчас ты его обгоняешь?

Я его уже через полгода начал обгонять.

А была цель подготовки к какому-то старту или к университетским соревнованиям?

Мне повезло, что я попал в тот момент, когда в универе легкая атлетика еще была жива. Сейчас она окончательно сдохла, даже манеж на реконструкцию закрыли. Уже вообще все. Дух легкой атлетики вымер. А тогда она жила просто невероятной жизнью. Сначала был чемпионат первокурсников, я там бежал, прибежал третьим, получил первую в жизни медаль. Потом был чемпионат МГУ, а там вообще такие страсти кипели, столько спортсменов выступало! Я смотрел на этих ребят из секции, как на звезд. Я тогда еще бегал в каких-то шортах футбольных, футболке и кедах, синих таких. А смотрел на них — ребята в спортивной беговой форме, сильнейший забег, а я в каком-то слабеньком был и мечтал стать как они. И вообще столько зрителей там было, настолько классно все проходило. Ещё была Большая эстафета МГУ между факультетами, мы командами ездили на чемпионаты ВУЗов, другими словами беговая жизнь в Университете кипела. Наверное, это мне и помогло, вытащило. Так бы я мог просто забить в какой-то момент. А этот азарт держал. Но в то же время она [легкая атлетика] постепенно с каждым годом умирала. Сейчас сдохла вообще.
Я не так давно задумался, что это ведь всего лишь моя деревня, а таких в России куча. А что надо, чтоб этих детей вытащить из вот этого? Это же вовремя нужно указать путь. Некому им было показать нужную дорогу.
Когда закончил универ, ты же начал бегать в одиночестве?

Да нет, у меня же всегда был тренер. Сначала университетский, затем текущий. А так я всегда в основном один бегал. С тренером мы встречались всего лишь 2 раза в неделю. Остальное время я бегал один, но мы каждый день с ним созванивались. Иногда выезжали на сборы. А вот после универа свободного времени резко стало меньше и был момент, когда я подумал, может, тут бег уже и не влезет, надо завязывать.

Это примерно когда?

Когда Яндекс нас выкупил. Тогда я понимал, что в Яндексе нереально уже совмещать.

«Нас выкупил» — это…

В конце пятого курса я пошел работать в AnyVoid, небольшая компания, занималась разработкой мобильных приложений, они меня взяли стажером, обучили всему, было классно, недалеко от общаги, я еще учился же, работал там, мне все нравилось, а потом мне говорят, что нас выкупает Яндекс, радуйся. А я думаю, куда радоваться, тут все так классно было, лампово. График ненормированный и все прочее. «Они нас выкупают, будем Яндекс.Карты писать». Всю нашу команду забирали. И я: «блин, что делать». Хожу и думаю, как так, теперь я же не смогу все совмещать, это нереально, это же Яндекс вообще, нет, я не хочу, может, оказаться и бегать дальше? Вот дурак, да, был.

Испугался большой компании, ответственности?

И ответственности тоже. Ну, как тут можно с бегом совмещать? Это же нереально. Что делать, думал. И тренеру говорил: «Блин, я, наверное, не смогу теперь». Вот тоже нашелся профессионал: «я уже не смогу, наверное, завязываю со спортом». Любитель приходит, результаты у него относительные, детские: «знаете, я, наверное, все, не могу больше совмещать бег, у меня тут работа. Все, я завязываю». А он: «Что мне говоришь? Это же твое дело, сам решай» (смеется). «Бег же тебе нужен, если хочешь».

Хороший тренер был. Не поддержал?

Нет. Он в том смысле: «Ты хочешь, чтобы я тебе решение какое-то подсказал? Это же тебе надо». Признаюсь, меня жена убедила, что не надо рубить с плеча и стоит хотя бы попробовать совмещать, а дальше уже видно будет. Сначала подумал, что в семь вечера поздно бегать, но «ладно, попробую в семь вечера».

А ты уже участвовал в каких-то стартах?

Да, пробеги всякие. В Европу ездил бегать. Это по студенчеству. В Афинах я выиграл тоже по студенчеству. Обо мне в газетах писали: «Россиянин выиграл десятку на афинском марафоне». Я там чуть из тридцати трех минут прибежал. Вот я вовсю выступал на пробегах, конечно, я тащился от всего этого. И как-то плавно решил, ладно, думаю, попробую совмещать. Сначала я начал поздно бегать. В восемь часов — это знаешь как поздно для меня было. Когда привык на вечернюю тренировку выходить в пять вечера, а тут в восемь. Потом в девять. От безысходности, что поделаешь. А сейчас для меня девять это рано уже. И как-то подстроился под все. Был момент, когда мне нужен был пример какой-то еще, реальный. Я искал его, есть ли люди, которые тоже так живут, чтоб успокоиться. Но этих примеров не видел. Я слышал, что либо люди только работают и бегают как чайники, либо они только бегают. И все. Они работать не могут. Не мог найти этого примера, поэтому решил попробовать и постепенно сам эту дорогу протоптал.

А вот с этого и начался наш разговор — с системности. Как ты стал эти процессы регулировать, чтобы впахивать в Яндексе и не меньше впахивать в беге?

Вот как-то, видишь, это как-то плавно. Наверное, во-первых, нагрузка росла плавно. Если бы я сразу начал тренироваться так, как сейчас, когда обязательно утром пробежка, потом работа, потом в вечернее или в любое позднее время, я бы не выдержал и сломался. А тут у меня все замечательно было в том плане, что я плавно к этому шел. Чуть-чуть подстраивался тут, тут, потом, зимой, например, негде бегать, люди ездят на сборы, я начал тоже думать, где бегать зимой. Иногда по улице утренние тренировки, а вот вечером же гололед, начал еще одну вещь пробовать, в фитнес-клуб пошел, начал бегать на беговой дорожке. Мне тоже говорят: «Ты что, дурак, на беговой дорожке бегать». А я всю зиму вечерние кроссы отбегивал на ней.

Это было сколько лет назад?

Года три назад. Возле дома брал абонемент в фитнес-клуб, сейчас тоже каждый год беру. Утром бегал, например, по улице. А вечером — на беговой дорожке. Каждый раз по улице бегать не очень комфортно. И бывает вообще скользко. Некоторые тренировки в манеже делал. Вот вторая вещь, которую я сам опробовал. Добавил себе это элемент и понял, что результаты не ухудшаются, а продолжают прогрессировать. Значит, это можно добавить. Ночные пробежки — можно ночью бегать. А то мне все говорили, что нельзя, это во вред пойдет. Ничего, и это добавилось. Пробуешь и постепенно эта системность строится. И вот у тебя уже своя система, в которой все сбалансировано.

Но тренер у тебя был всегда?

Да, всегда.

А как ты тогда вообще относился к советам других бегунов? Которые тебе и говорили, что нельзя перед сном бегать и прочее.

Мне и тренер говорил, что нельзя перед сном бегать, если честно (смеется). Но тут преобладало то, что надо. Вот надо было 2 раза в день тренироваться, иначе ничего не выйдет. Все. А остальное ты сам подстраиваешь, как тебе удобно. И вот я новую методику нашел, что надо медленно бегать, принцип 80 на 20, я же не сразу к нему вышел. Думал, что кроссы надо бегать быстро. Это многие профессиональные спортсмены скажут, что надо быстро кроссы бегать, иначе не будет прогресса. Из-за этого я часто топтался на месте. И тут увидел что в Strava бегун на 5000 метров Ben True из Австралии или из Америки, бегает очень круто, 13 минут что ли бежит, у него куча кроссов очень медленных. И я думаю: «Офигеть, человек 13 минут бежит пятерку, а что он так медленно на кроссах? Похоже, это работает». И еще кто-то мне подсказал. И подумал, что надо попробовать. И переходишь к этому тоже. Тут, конечно, нужно прислушиваться, я уверен, все ищут примеры.

Как читатели твоего Instagram…

Да, но все эти примеры надо на себе пробовать сначала. Я могу людям всякого насоветовать, но для них это не будет работать. А для меня работает.




Продолжение интервью ждите в следующей части.